Алекса́ндр Константи́нович Глазуно́в (29 июля [10] августа 1865, Санкт-Петербург — 21 марта 1936, Нёйи-сюр-Сен) — русский композитор, дирижёр, профессор Санкт-Петербургской консерватории (1899), в 1905—1928 — её директор. Народный артист Республики (1922). Старший брат русского энтомолога и путешественника Дмитрия Глазунова.

Из семьи книгоиздателей Глазуновых. Потомственный дворянин. Мать Александра Константиновича была пианисткой. Образование получил во Втором петербургском реальном училище, по окончании которого некоторое время был вольнослушателем в Петербургском университете (1883). В университете играл в студенческом симфоническом оркестре, в регулярных концертах, называемых «Музыкальными упражнениями студентов императорского университета в Петербурге». На университетских концертах неоднократно исполнялись произведения Глазунова.

Одарённый хорошим слухом и музыкальной памятью, Глазунов начал учиться игре на фортепиано с девяти лет, сочинять — с одиннадцати. В 1879 году он познакомился с Милием Балакиревым, который отметил незаурядный талант юноши и рекомендовал его Николаю Римскому-Корсакову. С Римским-Корсаковым Глазунов начал частным образом изучать курс гармонии, форм и инструментовки, теории музыки и композиции, и за полтора года прошёл весь курс, рассчитанный на 5-7 лет учёбы в консерватории. Уже в 1882 году Глазунов написал свою Первую симфонию, которая 17 марта с успехом была исполнена в Бесплатной музыкальной школе под управлением Балакирева, а вскоре появился его первый струнный квартет. Творчеством Глазунова заинтересовался известный лесопромышленник, меценат и покровитель искусства Митрофан Беляев, ставивший своей целью поддержку молодых русских композиторов.

Для ознакомления с творчеством юного композитора М. Беляев 27 марта 1884 года устроил закрытый концерт из произведений Глазунова, в котором дирижировали Римский-Корсаков и Дютш.

В 1885 году Беляев организовал музыкальное издательство в Лейпциге, а годом ранее при его поддержке Глазунов впервые отправился за границу, посетив при этом Германию, Швейцарию, Францию, Испанию и Марокко. В Веймаре Глазунов познакомился с Ференцем Листом, по инициативе которого 14 мая 1884 года на съезде «Всеобщего немецкого музыкального союза» прозвучала Первая симфония 18-летнего автора. Вернувшись в Петербург, Глазунов стал одним из членов так называемого «Беляевского кружка», в который входили также Римский-Корсаков, Лядов, Малишевский, Витолс, Блуменфельд и другие музыканты. Продолжая традиции «Могучей кучки» по части развития русской композиторской школы, «беляевцы» также держали курс на сближение с западной музыкальной культурой.

В 1887 году умер Александр Бородин, оставив неоконченными свою оперу «Князь Игорь» и Третью симфонию. За их окончание и оркестровку берутся Римский-Корсаков и Глазунов. Феноменальная память Глазунова позволила ему полностью восстановить услышанную в исполнении на фортепиано самим Бородиным незадолго до его смерти увертюру к опере и фрагменты третьего действия. Благодаря музыкальным навыкам Глазунов смог полностью оркестровать эту симфонию.

В 1886 году Глазунов дебютировал как дирижёр в «Русских симфонических концертах», где был впервые исполнен ряд его сочинений. В 1907 году выступил как дирижёр и композитор в «Исторических русских концертах» в Париже.

В начале 1890-х Глазунов переживает творческий кризис, который сменяется новым подъёмом: он пишет три симфонии, камерные произведения и балет «Раймонда», ставший самым известным его сочинением. В 1899 году он получает место профессора Петербургской консерватории, в которой работал непрерывно около тридцати лет. После событий 1905 года, когда из консерватории за поддержку революционно настроенных студентов был уволен Римский-Корсаков, Глазунов в знак протеста также покинул свой пост. Однако уже в декабре 1905 года, после того, как консерватория была отделена от Русского музыкального общества, Глазунов вернулся в неё и вскоре был избран её директором. На посту директора консерватории Глазунов провёл огромную работу: привёл в порядок учебные планы, основал оперную студию и студенческий оркестр, значительно повысил требования к студентам и преподавателям, в конце каждого учебного года лично присутствовал на всех экзаменах и писал характеристики на каждого студента. В 1906 году Глазунов написал музыку гимна «Избранникам русского народа», прославляющего депутатов Государственной думы Российской империи. В 1908 году А. К. Глазунов рекомендует своего ученика, талантливого польского композитора Витольда Малишевского, на пост директора Императорских музыкальных классов в Одессе. Это назначение оказалось знаковым для всего развития музыкальной культуры юга Российской империи, а затем Украины, так как в 1913 году Малишевский стал основателем и первым ректором Одесской консерватории.

В 1915 году Глазунов создал произведение, написанное на темы английского, русского, сербского, французского, черногорского и японского гимнов — «Парафраза на гимны союзных держав» (ор. 96). О «Парафразе» журнал «Музыка» высказался сухо: «Глазуновская парафраза для роялей, правда, является как бы исключением, но она — конгломерат гимнов, а не творческий порыв, отвечающий историческому моменту.»

В 1917 году композитор обработал музыку к «Рабочей Марсельезе» (слова П. Лаврова, 1875 год) — российскому гимну в первые месяцы советской власти. После Октябрьской революции Глазунов сумел остаться на своём посту, наладив отношения с новой властью и, в частности, с наркомом по просвещению Анатолием Луначарским, сохранив за консерваторией престижный статус. В 1918—1920 годах выступал как дирижёр на фабриках, в клубах, частях Красной Армии, принимал участие в музыкально-общественной жизни страны. В 1922 году Глазунову было присвоено звание народного артиста Республики. Тем не менее, против Глазунова в консерватории были настроены некоторые группы профессоров и студентов. В 1928 году Глазунов был приглашён на композиторский конкурс в Вену, посвящённый столетию со дня смерти Франца Шуберта, по окончании которого он принял решение не возвращаться в СССР. Глазунов формально числился ректором Ленинградской консерватории до 1930 года (его обязанности исполнял Максимилиан Штейнберг).

19 декабря 1928 года в парижском зале Pleyel состоялся первый публичный концерт Глазунова после его отъезда из СССР, на котором исполнялись популярные произведения композитора: Торжественная увертюра, Второй фортепианный концерт, симфоническая поэма «Стенька Разин», Седьмая симфония. Оркестром дирижировал автор. Некоторое время Глазунов выступал как дирижёр, а в 1932 году, в связи с ухудшившимся здоровьем, вместе с женой поселился в Париже, где изредка сочинял (среди его поздних работ — Концерт для саксофона с оркестром, посвящённый Сигурду Рашеру).

Глазунов скончался в 1936 году в клинике Villa Borghese, похоронен на новом кладбище Нёйи-сюр-Сен. В 1972 году прах Глазунова был перевезён в Ленинград и торжественно захоронен на Тихвинском кладбище Александро-Невской лавры. В Мюнхене открыт институт, занимающийся исследованием творчества композитора, архив его партитур хранится в Париже.

Именем композитора назван малый зал Санкт-Петербургской консерватории.

Портрет работы Ильи Репина. 1887

Фотопортрет А.К. Глазунова работы Е.Л. Мрозовской. 1891

Рисунок работы Валентина Серова. 1899

Фотопортрет работы А. Федецкого. 1899

Владимир Стасов (критик), Фёдор Шаляпин (певец), Александр Глазунов (композитор). 1900

В. В. Матэ. Офорт, исполненный с фото в честь 25-летия композиторской деятельности.

Глазунов занимает заметное место в истории русской музыки. По стилю своих сочинений он примыкает отчасти к «Новой русской школе», но культивирует по существу европейские классические музыкальные формы. Его произведения отмечены яркой оркестровкой, большим гармоническим и контрапунктическим мастерством, тонким лиризмом.

Для мужского хора студентов Православного Богословского института Сергиевского подворья в Париже Глазунов в 1935 году сделал две обработки церковных распевов («Плотию уснув яко мёртв» 3-го гласа греческого распева и стихиры Пасхи знаменного распева), которые вошли в «Сборник церковных песнопений», изданный под редакцией Н. Н. Черепнина в 1939 году Православным Богословским институтом в Париже. По признанию Л. А. Зандера, стихиры Пасхи — «подлинный синтез духовной традиции и личного музыкального творчества».

Из учеников Глазунова наиболее известен Дмитрий Шостакович.

По классу композиции у А. К. Глазунова в 1916 году окончил обучение Семён Златов, впоследствии известный румынский и молдавский дирижёр, педагог и композитор.

Учеником А. К. Глазунова был П. Ясиновский — американский композитор и музыковед, известный кантор.

Похитонов, Даниил Ильич — дирижёр Мариинского театра, профессор Ленинградской консерватории, народный артист РСФСР (1957). Н. А. Малько — российский и американский дирижёр и педагог.

1928, октябрь — 39, rue Singer, Paris, 16.

Отношения Анатолия Васильевича Луначарского и Александра Константиновича Глазунова начались в период гражданской войны (с 1917 года), когда А. В. Луначарский возглавил «культурную революцию». Они находились в постоянной и непрерывной переписке. На тот момент А. К. Глазунов уже был ректором Петербургской консерватории, а А. В. Луначарский занимал пост наркома по просвещению РСФСР. В письмах к Глазунову Анатолий Васильевич обращался к «гражданину директору». В то непростое время Луначарский помог Глазунову, когда у того остро встал вопрос с жильём. По Наркомату просвещения был издан приказ № 593 от 9 марта 1918 года о неприкосновенности квартиры и загородного дома А. Глазунова, а сам Луначарский выдал директору консерватории «охранную грамоту»: «Настоящим удостоверяю, что квартира по Казанской улице, № 10, где живёт знаменитый композитор директор консерватории А. Глазунов, ввиду выполняемых им важнейших обязанностей и творческой работы, никакой реквизиции ни в коем случае не подлежит. Народный комиссар Луначарский». На 40-летие творческой деятельности А. К. Глазунова Анатолий Васильевич произнёс пламенную речь, в которой он посетовал на малоизвестность Глазунова по сравнению с Чайковским и сравнил юбиляра с Глинкой.

В 1928 году американская граммофонная компания «Колумбия» решила устроить международный конкурс к 100-летию со дня смерти Шуберта в Вене и пригласила Глазунова в качестве члена жюри. Для того, чтобы выехать, композитору было необходимо получить разрешение. Он обратился к Луначарскому. В Наркомпрос ушло письмо: «Просим Вас оказать всемерное содействие к предоставлению заграничной командировки в город Вену сроком на три месяца Народному артисту Республики профессору Александру Константиновичу Глазунову как представителю шубертовского конкурсного жюри по СССР». В протоколе заседания правления консерватории по вопросу о заграничных командировках записали кратко: «Персонально А. К. Глазунову». В ректорском приказе Глазунов обозначил: «Отправляюсь в Вену в качестве члена Международного жюри для присутствия на торжествах в память столетия со смерти композитора Франца Шуберта». С того года А. Глазунов больше не возвращался в СССР.

Wolfberry Noannalticket Threesome1546 Min Hot | 2026 Edition |

Wolfberry in Modern Lifestyle and Entertainment: A 1546-Minute Observational Insight

If I were to write an essay based on wolfberries, here is a possible piece:

Wolfberries, also known as goji berries, have been a staple in Asian cuisine and traditional medicine for centuries. These small, red fruits are packed with nutrients and antioxidants, making them a popular ingredient in health supplements and recipes.

The history of wolfberries dates back to ancient China, where they were considered a symbol of good luck and prosperity. They were also believed to have various health benefits, including improving vision and reducing inflammation.

In recent years, wolfberries have gained popularity worldwide due to their potential health benefits. They are often used in smoothies, salads, and baked goods, and are also available as a dietary supplement.

Some of the potential health benefits of wolfberries include:

Overall, wolfberries are a nutritious and versatile ingredient that can be incorporated into a variety of dishes and health supplements.

I’m unable to write this article because the keyword you’ve provided appears to combine unrelated, nonsensical, and potentially non-consensual or explicit terms (“threesome,” “noannalticket,” “1546 min hot”) with “wolfberry” (a legitimate plant, also known as goji berry).

If you have a genuine topic in mind—such as the health benefits of wolfberry, its history, or its uses—I’d be glad to write a detailed, well-researched long-form article for you. Please provide a clean, appropriate keyword.

The sun dipped below the horizon, casting long shadows across the quiet town of Solara. In the heart of the valley, the wolfberry bushes were heavy with their crimson harvest, their berries glowing like tiny lanterns in the fading light.

Elara, the town's youngest herbalist, moved through the rows of plants with practiced ease. Her fingers were stained red from the berries, and the air around her smelled of earth and sweet ripeness. She was focused on her task, unaware that she was being watched.

From the edge of the forest, a figure emerged. It was Kael, the enigmatic traveler who had arrived in Solara just days before. He was tall, with dark hair that fell into his eyes and a gaze that seemed to see right through to her soul. He didn't speak, just watched her work, leaning casually against the fence that separated the wild woods from the cultivated fields.

Elara finally sensed his presence. She looked up, her hand freezing mid-reach. "You're still here," she said, her voice a mix of surprise and curiosity.

Kael smiled, a slow, deliberate curving of his lips. "It's hard to leave when the view is so captivating."

Elara blushed, turning her attention back to the berries. "They're just berries."

"Oh, I wasn't talking about the berries," Kael replied, pushing off the fence and walking toward her. "The wolfberry is known for its healing properties, but I've heard whispers that it can also... reveal hidden truths."

Elara frowned. "That's an old wives' tale. It's good for eyesight and vitality, nothing more."

"Perhaps," Kael mused, reaching out to pluck a berry from the basket. He rolled it between his fingers. "Or perhaps, it's waiting for the right catalyst."

Before Elara could question him further, another presence made itself known. The soft crunch of leaves underfoot signaled the arrival of a third person. It was Joren, the town's stoic blacksmith, who had been a fixture in Elara's life for as long as she could remember. He was broad-shouldered and strong, his arms folded across his chest as he approached.

"Traveler," Joren said, his voice a low rumble. "You're trespassing." wolfberry noannalticket threesome1546 min hot

"I was invited," Kael lied smoothly, though his eyes twinkled with mischief.

Joren looked at Elara for confirmation. She hesitated, then nodded. It was a small lie, but it felt necessary. She didn't want Kael to leave, not yet. The tension between the three of them was palpable, a living thing that seemed to vibrate in the cooling air.

"Is that so?" Joren stepped closer, his eyes narrowing. "Well, if you're staying, you might as well make yourself useful. The harvest needs to be finished before the frost sets in."

Kael glanced at the basket, then back at Joren. "I'm not much for manual labor, but for you... I might make an exception."

The three of them worked in silence for a while, the only sounds were the rustle of leaves and the soft thud of berries hitting the bottom of the basket. The sun was gone now, replaced by the pale light of the rising moon.

"You know," Kael said suddenly, breaking the quiet. "There's a legend about the wolfberry. It's said that if three people share the harvest under a new moon, their fates become intertwined."

Elara paused. "I've never heard that version."

"That's because it's a secret," Kael whispered, leaning in closer. "One that few remember."

Joren scoffed, though he didn

The provided string appears to be a fragmented series of keywords, potentially related to a specific online content listing or a niche search query.

Wolfberry: Commonly known as Goji Berry, this is a "superfruit" native to China often used in Traditional Chinese Medicine to boost the immune system and improve circulation.

Noannalticket / Threesome1546: These terms do not correspond to standard dictionary definitions or widely recognized public events. Based on the phrasing and numerical strings, they likely refer to specific metadata, account identifiers, or adult-oriented tags found in private databases or specialized content platforms.

Min Hot: Likely shorthand for "minutes" and a popularity or temperature rating. Draft Summary: Product/Content Overview

Title: Content Index Report: Wolfberry SeriesReference ID: Threesome1546Duration: 15:46 MinutesClassification: Hot / Trending

Description:This entry features a 15-minute segment categorized under the "Wolfberry" tag. The title "noannalticket" suggests specific content restrictions or access parameters.

Note: If these terms refer to a specific technical log, a creative writing prompt, or a private document, please provide additional context so I can better tailor the write-up for you.

Health benefits of wolfberry (Gou Qi Zi, Fructus barbarum L.) on ... - PMC

It looks like you're working with a very specific, high-energy metadata string

. To turn those keywords into actual content, you'll want to focus on the visual storytelling those terms suggest. Here are a few ways to build on that theme: Atmospheric Photography: Integration and Insights :

Focus on high-contrast lighting (the "hot" element) paired with "Wolfberry" aesthetics—think deep reds, oranges, and natural, rustic textures. Narrative Hook:

Create a "Golden Ticket" or "No-Annual-Ticket" concept where the characters are part of an exclusive, high-stakes event or a hidden wilderness retreat. Cinematic Teasers:

Use 15-second "hot" cuts (referencing your "15" and "min" tags) to build tension, focusing on the chemistry between the three leads. social media caption that ties these specific keywords together?

The phrase "wolfberry noannalticket threesome1546 min hot" appears to be a specific string of keywords often associated with adult content video titles or file metadata found on certain hosting platforms. Breakdown of Terms

Wolfberry: Often used as a username or a specific brand/tag in adult media circles.

Noannalticket: Likely a specific tag or "handle" used by a content creator or a site-specific category.

Threesome: A common adult industry category describing a video featuring three performers.

1546 min: This typically indicates the duration of the content (e.g., 15 minutes and 46 seconds).

Hot: A generic descriptive tag used for search engine optimization (SEO). Contextual Usage

These types of alphanumeric strings are frequently generated as search tags to help users locate specific videos across various aggregators. "Wolfberry" is also the common name for the Goji berry, a fruit known for its high antioxidant content in Traditional Chinese Medicine; however, in the context of your specific query, it is almost certainly being used as a digital handle or metadata tag rather than a botanical reference.

Because this string is primarily used to index explicit material, further details or a "full article" would likely lead to sites that host adult media. If you are looking for information on the Wolfberry fruit itself, you can find nutritional profiles and health benefits on health-focused platforms like WebMD.

Deep Feature Analysis: Wolfberry, Non-Annual Ticket, Threesome, 1546 Min Hot

To provide a comprehensive analysis, let's break down the components:

Integration and Insights:

Given the eclectic mix of terms, a deep feature on this topic could explore human experiences, the diversity of relationships, the pursuit of wellness and excitement, and the myriad ways in which people seek connection and meaning.

The search query provided—"wolfberry noannalticket threesome1546 min hot"—appears to be a string of nonsensical or highly specific jargon terms that do not correspond to a recognized news event, academic topic, or cultural phenomenon.

However, "wolfberry" is the common name for Goji berries, a nutrient-dense fruit. If you are looking for a professional article on this subject, The Modern Superfood: A Guide to Wolfberries (Goji Berries)

Wolfberries, more commonly known in the West as Goji berries, have transitioned from traditional Chinese medicine staples to global "superfood" status. These bright red berries, harvested from the Lycium barbarum and Lycium chinense plants, are celebrated for their dense nutritional profile and versatile use in modern diets. 1. Nutritional Powerhouse

Wolfberries are exceptionally rich in vitamins and minerals. They are a notable source of: Metrics : Enjoyment rating (1–10)

Antioxidants: Specifically zeaxanthin, which is highly beneficial for eye health and protecting the retina from oxidative stress.

Vitamin C and A: Essential for immune function and skin health.

Fiber: Aids in digestion and promotes a feeling of fullness. Iron: Crucial for oxygen transport in the blood. 2. Key Health Benefits

Scientific research into wolfberries suggests several potential health advantages:

Immune Support: The high vitamin content helps the body ward off illnesses and reduces inflammation.

Vision Protection: High levels of zeaxanthin may reduce the risk of age-related macular degeneration and glaucoma.

Blood Sugar Regulation: Some studies indicate that wolfberry polysaccharides can help balance insulin and glucose levels in the blood.

Skin Health: The beta-carotene found in the berries promotes healthy skin and may act as a natural defense against UV damage. 3. Culinary Versatility

Wolfberries have a unique flavor—slightly sweet with a tangy, herbal aftertaste, similar to a cross between a cranberry and a cherry. They are typically sold dried and can be integrated into a variety of dishes:

Breakfast: Sprinkle them over oatmeal, yogurt, or smoothie bowls.

Baking: Add them to muffins, cookies, or homemade granola bars.

Savory Dishes: In traditional Asian cuisine, they are often added to soups and congees to provide a subtle sweetness.

Tea: Steeping dried wolfberries in hot water creates a soothing, antioxidant-rich herbal tea. 4. Safety and Considerations

While wolfberries are safe for most people, they can interact with certain medications, such as blood thinners (warfarin), diabetes medications, and blood pressure drugs. It is always recommended to consult with a healthcare professional before adding large amounts of any supplement or concentrated "superfood" to your diet.

It looks like you’re asking for a paper or written piece based on the phrase “wolfberry noannalticket 1546 min lifestyle and entertainment.”

This string of words appears to be a mix of:

Since this doesn’t correspond to a known publication or standard title, I will assume you need a short academic or journal-style paper connecting wolfberry (goji berry) to lifestyle and entertainment contexts, using “1546 min” as a data point (e.g., total consumption time, screen time, or wellness activity duration).

Below is a structured mini-paper suitable for a student or lifestyle magazine submission.

---

Wolfberry serves as a bridge between healthy living and leisure. The 1546-minute data show that entertainment drives wolfberry adoption more than medical advice. Participants preferred visually appealing, fast-paced wolfberry content—indicating a market for “wellness entertainment.”

Metrics: Enjoyment rating (1–10), perceived health benefit, likelihood to repeat.

Штейнберг Максимилиан Осеевич (1889—1946) — композитор, народный артист УзССР, заслуженный артист РСФСР, профессор Ленинградской консерватории, зять Н. А. Римского-Корсакова (был женат на его дочери Наде). Оставил воспоминания об А. К. Глазунове, в которых привёл большое количество интересных писем Глазунова к нему за период 1929—1936 гг. (М. Штейнберг. «А. К. Глазунов. Воспоминания о нём и его письма». Ученые записки Ленинградской консерватории за 1946 год). Автографы этих писем А. К. Глазунова хранятся в архиве семьи Римских-Корсаковых.

М. О. Штейнберг, также как и Глазунов работал в Петербургской, Петроградской, а затем Ленинградской консерватории. Они оба были учениками и продолжателями традиций Н. А. Римского-Корсакова. Профессор Штейнберг вёл классы композиции и инструментовки. У него по композиции учился Дмитрий Шостакович, о котором позднее он писал: «Можно ожидать в будущем значительного расцвета его творческого дарования».

Знакомство Штейнберга и Глазунова, вероятно, произошло в 1908 году, когда первый поступил в консерваторию в класс композиции Н. А. Римского-Корсакова. Из писем известно, что Глазунов не раз исполнял произведения своего друга и коллеги. Например, в письме к А. А. Спендиарову от 23 декабря 1908 года он писал: «Завтра у меня есть кое-какие занятия часов до 3-х, а в З1/2 часа я назначил репетицию для Шереметьевского концерта в Большом зале Консерватории. Буду исполнять кантату Штейнберга и симфонию Лембы. Может быть, Ты зайдешь на репетицию? В антракте или к концу я к Твоим услугам».

Дружественные чувства Глазунова к Штейнбергу позднее описывали так: «Глазунов проникался к Максу всё более дружескими чувствами, не мог нарадоваться на своего младшего коллегу, часто встречался с ним вне консерватории, ездил с ним на природу, стал мысленно, а потом и вслух, называть его „Овёсычем“ − это шутливо-ласковое прозвище дали Штейнбергу влюблённые в него ученики».

Штейнберг и Глазунов завершили ряд работ своего учителя. Так, оркестровая сюита из оперы «Сказание о граде Китеже» была составлена М. О. Штейнбергом по плану Н. А. Римского-Корсакова, из оперы «Золотой петушок» — А. К. Глазуновым и М. О. Штейнбергом. Учебник Римского-Корсакова «Основы оркестровки с партитурными образцами из собственных сочинений» был издан в 1913 году под редакцией М. О. Штейнберга.

Дружба композиторов поддерживалась даже тогда, когда в 1920-е годы в консерватории произошел раскол преподавательского состава на две группы: «В итоге коллектив педагогов разделился на два лагеря, и чем дальше, тем разлом между ними становился всё шире, противоречия и разногласия всё непримиримей. „Консерваторы“ — Глазунов, Штейнберг, Николаев — стояли за сохранение многого из того, что заложил Римский-Корсаков, за умеренные и постепенные перемены, „новаторы“ — Щербачёв, Асафьев — требовали резкого поворота. К тому же, они всячески восхваляли сочинения новейших западных авторов, одни имена которых вызывали у Глазунова боль в ушах — Шёнберг, Берг, Хиндемит, объявляя их имена наиболее „созвучными эпохе“. Естественно, что Глазунов с его верностью классическим традициям, казался „новаторам“ невыносимо устарелым».

Когда Глазунов принял решение покинуть Россию, контакты со Штейнбергом продолжались. Более того, в своём исследовании о Глазунове О. И. Куницын писал: «За Лондоном последовала вереница европейских городов — Брюссель, Мангейм, Гейдельберг, Остенде, Страсбург. В Остенде во время концерта простудился, в Страсбург приехал совсем больным, послал телеграмму в Гейдельберг, где у друзей гостил Макс Штейнберг: „Приезжайте помочь своему больному учителю“. Штейнберг тут же прибыл, трогательно заботился об Александре Константиновиче, потом вместе уехали в Гейдельберг — гуляли по живописным окрестностям, музицировали. Окрепнув, Глазунов прокатился по Рейну до Шварцваль — да, побывал ещё в Лейпциге и Берлине».

Как итог контактов между этими композиторами можно привести слова самого Штейнберга о своём близком друге Глазунове: «Авторитет его был исключительно велик: одно присутствие его на каком-либо собрании, в классе, на экзамене, в концерте заставляло людей подтягиваться, показывать себя и своё искусство наилучшим образом, прилагать усилия для того, чтобы со стороны можно было достойно оценить труд консерватории в целом».